Палех — небольшое живописное село, расположенное в сердце Центральной России.

Его название пришло из языка фино-угорских племен, населявших в древности территории по течению рек Оки и Клязьмы. В 14 веке Палех стал центром удельного Палецкого княжества, феодальной вотчины князей Палецких, впоследствии породнившихся с царской семьей. Однако, перейдя на службу к московским князьям, Палецкие утратили свои исконные земли, получив взамен другие вотчины. В духовном завещании 1572 года Иван Грозный определил село Палех в поместное владение своему сыну Ивану. В 1627 году Палех был пожалован царем Михаилом Романовым стольнику Ивану Матвеевичу Бутурлину и его сыновьям, участвовавшим в ополчении Кузьмы Минина и князя Дмитрия Пожарского, «за Московское осадное сиденье королевичево».

Известность Палеху принес иконописный промысел, возникший здесь в 17 веке. Многие палешане, будучи крепостными крестьянами помещиков Бутурлиных, содержали ямские дворы, занимались выделкой овчины, торговлей, но, как правило, в зимнее время, с ноября по апрель, кто-нибудь в семье непременно зарабатывал «писанием образов», как в Палехе, так и за его пределами.

Изограф Иосиф в послании к Симону Ушакову свидетельствует, что уже в 17 веке Палех вел широкую торговлю иконами, развозя их «по торжкам, заглушным деревням для промена». Документы 18 века свидетельствуют о том,что палехские иконописцы не ограничивались сбытом своей иконной продукции в близлежащих районах. Они привозили большие партии икон в Москву и даже в Петербург.

В 1723 году крестьяне села Палех Владимирского уезда Алексей Баклашев и Иван Романов просили позволить им продавать привезенные ими иконы в Санкт-Петербурге.

Когда палехские торговцы привезли партию икон в Петербург, их велено было осмотреть живописцу Ивану Адольскому. Иконы находились во дворе владельца Палеха — Бутурлина, их было всего 834 штуки, составлявшие два воза. Тщательно ознакомившись с ними, Адольский разделил их по достоинству на четыре категории: «средней руки» — 26, «между средней и нижней» — 311, «нижней работы» — 484 и «за противные признанных» — 13.

Таким образом, документы свидетельствуют о том, что уже в 17 и 18 веках Палех являлся одним из центров массового производства икон. Вот почему иконописание становилось для большинства палешан наследственным занятием.

Палехские иконописцы 17 — 18 веков далеко не всегда были только ремесленниками. Наряду с массовым производством дешевых ремесленных икон палешане создавали и выдающиеся уникальные произведения высокого художественного достоинства. В эту эпоху Палех выдвинул немало первоклассных мастеров, известных не только у себя на родине, но и в Москве, где они работали в царских хоромах и церквах. О связи Палеха с лучшими традициями древнерусского искусства свидетельствует тот факт, что в палехской церкви находились первоклассные иконы различных школ: Новгородского письма 15 — 17 веков, Московского царского и Строгановского 17 века.

Палехские мастера, изучая эти традиции, сами создавали произведения высокого художественного достоинства: об этом свидетельствуют иконы и фрески Палехского храма, относимые исследователями к концу 18 — началу 19 века. Такова, например, икона «Акафист Спасителю», исполнителями которой предание называет палехских мастеров Ивана Ильича Балякина и Никиту Михайловича Буторина.

А. В. Бакушинский, много лет изучавший искусство Палеха, утверждал, что эта икона возводит Палех того времени на высоту традиции большого искусства, делает его продолжателем пышного великолепия стилей 16 и 17 столетий.

Вид на Крестовоздвиженский храм

Вид на Крестовоздвиженский храм.

О фресках Палехского храма, относящихся к началу 19 века, Бакушинский говорит, что это — «яркий и единственный по своей цельности и высокому качеству образец живописного монументального стиля, в котором сохранилась полная преемственность его от форм древнерусской традиции и вместе с тем появилась органическая связь с формами нового русского искусства конца 18 и начала 19 века — формами классически ампирными».

В многочисленных отзывах, заметках, очерках исследователей русской провинции отмечался особый уклад жизни палешан, их высокая нравственность и духовность. В середине 19 века известный знаток древнерусской живописи Г. Д. Филимонов, посетив Палех, назвал его «селом-академией народной». Это определение не утратило своей значимости и в настоящее время.